Саакашвили. Что говорят о своём президенте жители Грузии

За три месяца пребывания в Грузии, пришедшихся как раз на период до и после муниципальных выборов, я успел пообщаться с большим числом разных людей. Это были мои родственники и друзья семьи, их близкие и соседи, прохожие, попутчики, водители, продавщицы и даже тбилисские блоггеры. Конечно, нередко речь заходила о политике – в частности, о российско-грузинских отношениях, внутриполитической ситуации и действующем президенте Грузии Михаиле Саакашвили. Этот опыт я постараюсь обобщить в данной публикации, сопровождая текст примерными цитатами некоторых реплик моих собеседников.

Основной итог моих наблюдений можно выразить следующим тезисом: Михаил Саакашвили в Грузии не очень-то популярен, но всё-таки пользуется поддержкой большинства. У него есть достаточно убеждённых сторонников, но ещё больше людей критикует его вплоть до полного неприятия, при этом не забывая упомянуть и о его достижениях.

Реформы Саакашвили, о которых много писалось в блогах и независимых СМИ (например, Korrespondent.Net, Слон.Ру), улучшили не только позиции Грузии в международных рейтингах, но и качество жизни населения. Полиция перестала быть коррумпированной, коррупция среди чиновничества, с которым имеет дело простой человек, практически исчезла, в стране построено много хороших дорог, развивается туризм, в некоторых городах идут большие стройки, в Грузию пришли значительные инвестиции, приведшие к появлению дополнительных рабочих мест, обеспечивается стабильное газо- и электроснабжение, уровень преступности стал намного ниже.

"Теперь в Зугдиди можно оставить открытую машину, уехать в Тбилиси и вернуться - с ней ничего не будет"

Грузию нередко ставят в пример, сюда даже приезжают перенимать опыт. А о таких мелочах, как юридическое закрепление за десятками тысяч беженцев из Абхазии когда-то занятой ими государственной недвижимости и её бесплатный ремонт, в Грузии даже не говорят - "государство просто обязано".

Однако, эти достижения убеждают в достаточной эффективности президента далеко не всех. Михаилу Саакашвили выставляют список обвинений, среди которых нередко пунктом номер один идут испорченные отношения с Россией, означающие, с одной стороны, тупик в решении проблемы территориальной целостности, а с другой - невозможность раскрыть экономический потенциал российско-грузинских отношений, в том числе на личном уровне - многие граждане Грузии связаны с Россией дружескими и родственными узами, они владеют русским языком и знают страну изнутри. Эти люди вздыхают о личных перспективах, утерянных из-за блокады Грузии со стороны России. Русских туристов нет, для граждан Грузии практически закрыты российские границы, на грузинские товары наложено эмбарго, страна, пусть и не обострённо, ощущает угрозу нового вторжения.

Недовольные ставят в вину Саакашвили неаккуратное, резкое обхождение с Россией ("он дразнил Кремль!"), в виду чего отношения с Москвой обострились и, в конечном счёте, привели к военному вторжению и оккупации территорий Грузии.

"Кто придёт на помощь первым – родственник, живущий в другом городе, или сосед? С соседом, какой бы он ни был, сориться нельзя!"

И всё же большей популярностью в Грузии пользуется противоположная точка зрения: у Саакашвили не было возможности избежать военной конфронтации с Россией, какие бы действия он не предпринимал, так как такое развитие отношений было выгодно именно Кремлю и им же навязано. Люди, разделяющие эту позицию, нередко полагают, что геополитический разрыв с Россией оформлен, и, чтобы восстановить территориальную целостность и защитить безопасность государства, с северным соседом необходимо бороться по мере возможности дипломатическими и информационными способами, обращаясь к помощи Европы и США.

А вот с "демократической Россией будущего" в Грузии хотят дружить все.

А ещё Саакашвили обвиняют в популизме. Например, он постоянно повторяет свои пылкие речи о возрождающейся Грузии, посещая по нескольку раз одни и те же строящиеся объекты. "Его поведение водевильно, это не симпатично". При этом сами критики признают, что в Грузии действительно ведётся большое строительство, и это - новая, саакашвилевская реалия грузинской действительности.

Президента корят за то, что он слишком долго находится в зарубежных поездах. Он тратит огромные деньги на перелёты и встречи по всему миру – что это даёт? - спрашивали некоторые мои собеседники.

Бывает, люди не соглашаются с расходованием бюджетных средств - например, зачем в Тбилиси построили стеклянный пешеходный мост ("отдали деньги какому-то итальянцу"), если можно было пустить эти средства на что-нибудь действительно полезное?

Иногда звучат обвинения в заимствовании западного опыта в ущерб национальным традициям, некотором задействовании административного ресурса во время выборов и ограничении свободы слова.

А кое-кто обвиняет Саакашвили в... блуде. Я был поражён дикостью этих историй и их неподкреплённостью ссылками на хоть какие-нибудь авторитетные источники. Слухи, как мне показалось, играют заметную роль в формировании политического сознания населения Грузии.

И конечно, люди хотят больше рабочих мест, увеличения зарплат, понижения цен... Собственное благосостояние и устроенность, естественно, волнует людей больше всего. Саакашвили усиленными темпами создаёт инфраструктуру и правовые условия для развития бизнеса в ближайшие годы (и в этом вопросе мера доверия среди населения сравнительно велика), но люди хотят жить хоть чуть лучше прямо сейчас. Уровень безработицы всё ещё велик, до европейского уровня жизни Грузии далеко, а некоторые города, вроде Поти, пока получают по большей части одни обещания в форме воодушевляющих речей и плакатов на улицах города, рассказывающих о Поти будущего. "Каждое утро просыпаешься и думаешь, как заработать на завтрашний день", "На Батуми и Сигнахи у них деньги нашлись, а как же Поти?".

И всё же, несмотря на широко распространённое недовольство, действующего президента Грузии люди в целом поддерживают – либо активно, голосуя за президентское "Единое национальное движение", либо пассивно – не принимая участия в выборах. Потенциал протестных настроений оппозиционеры освоить не могут, хоть в их распоряжении - возможность выступать на общегосударственных телеканалах и в прессе.

Тему примирения с Россией попытались использовать ряд малопопулярных политических фигур (Дзидзигури, Давиташвили, Ногаидели и др.), объединившихся в "Национальный совет"*, однако эта попытка была воспринята большинством людей, в лучшем случае, как популистский ход, а в худшем - как предательство интересов Грузии. Даже те, кто вменяет Саакашвили испорченные отношения с Россией, в большинстве своём убеждены: что бы ни делали грузины, Россия не уйдёт с оккупированных территорий, а значит выхода из создавшегося кризиса не существует. Тем не менее, "Национальный совет" сумел обзавестись поддержкой небольшой части населения.

"Конечно, Коба Давиташвили старается изо всех сил! Надо же как-то кормить своих многочисленных детей!"

Другая значимая причина поддержки курса Саакашвили заключается в том, что "Единое национальное движение" и Михаил Саакашвили доказали свою способность, так или иначе, решать экономические проблемы и обеспечивать экономический рост в стране.
Огромное число грузин устало от геополитической риторики – для них наибольшее значение имеет уровень жизни и, в частности, уровень цен (продукты – газ - электричество). Оппозиция, в основном, представленная крошечными партиями, объединившимися в неустойчивые политические конгломераты, имеет заметно меньше человеческих ресурсов и практического опыта для решения этой задачи.

Как утверждали мои собеседники, "Единое национальное движение" в избирательной компании сделало значительный упор именно на тему повышения качества жизни. Другая политическая сила, христиан-демократы, вообще без стеснения прописали на своих плакатах будущие выгодные тарифы на электричество, газ и воду. И по итогам муниципальных выборов в Тбилиси заняли третье место.

На упомянутых муниципальных выборах 30 мая жители Тбилиси (примерно 1/4 населения Грузии) выбрали мэра и депутатов в муниципальное собрание столицы. "Единое национальное движение" получило чуть больше половины голосов избирателей, "Альянс за Грузию"*, возглавляемый Ираклием Аласания, почти 18%, христиан-демократы около 12%, "Национальный совет" - чуть более 8%; вошли с Сакребуло также "промышленники" (6.2%). Мэром избран действующий глава тбилисской администрации Гиги Угулава ("Единое национальное движение"). Насколько мне известно, результаты выборов не вызвали особых пререканий, и никаких уличных протестов в Грузии не было.

Кое-кто из моих собеседников не без злорадства выразил уверенность в грядущей революции: "вот увидишь, осенью Саакашвили скинут!" и не без помощи русских. Для других ощущение возможности вмешательства извне - ещё один довод в пользу лояльности действующей власти.

Ворчат, но поддерживают - как мне показалось, грузинское общество, в целом, не желает новых политических бурь. Люди устали, многие разочарованы в политике в принципе, да и потом теперь у них есть, что терять - времена безысходности прошли.

"Когда в Грузии можно было купить что-нибудь [недвижимость, землю] подешёвке, мы думали, что отсюда надо бежать. Теперь всё стоит денег."

На мой взгляд, политическая стабильность в Грузии в наибольшей степени зависит, с одной стороны, от степени заинтересованности руководства России в грубом вмешательстве во внутренние дела Грузии, а с другой – от укрепления способности грузинского общества и властей адекватно и эффективно реагировать на такого рода вызовы.

В Грузии имеется всё необходимое для нормального долгосрочного развития, за исключением стабильности политической системы. Если грузинское общество сумеет сформировать традицию цивилизованной демократической смены власти без революций и заговоров, без подтасовок и передачи власти политическим преемникам, то у него есть хорошие шансы оградить себя от внешней угрозы, заручиться б`ольшей поддержкой международного сообщества и перейти к этапу экономического накопления.

Это были мои "полевые" наблюдения, сделанные во время поездки в Грузию с конца марта по середину июня 2010 года.

* - Вернувшись в Петербург во второй половине июня, из новостей я узнал, что два крупных оппозиционных движения, "Альянс за Грузию" и "Национальный совет", объединявшие в совокупности около десятка оппозиционных партий, распались.

Читайте также

• Как в Грузии относятся к русскому языку